Коваль Г.П. З ранку до вечора. Кілька тижнів, місяців з життя єврейської громади Одеси на початку ХХ століття. / Коваль Геннадій Павлович. – Миколаїв – 2022. – 247 с.

214 З РАНКУ ДО ВЕЧОРА. КІЛЬКА ТИЖНІВ, МІСЯЦІВ З ЖИТТЯ ЄВРЕЙСЬКОЇ ГРОМАДИ ОДЕСИ НА ПОЧАТКУ ХХ СТОЛІТТЯ. КОВАЛЬ ГЕННАДІЙ ПАВЛОВИЧ. – «Как! Такое быстрое разочарование!»… Незадолго до этого колонисты подносили благодарственный адрес барону Г.О.Гинцбургу… Кто подносит адрес, кто его составляет? Раввин… И вот раввин, составляя адрес от имени колонистов, не забывает и своей собственной персоны; не забывает «достойнейшего и примернейшего раввина», коим судьба наделила колонистов, не забывает того, как это «достойнейший раввин проявил сердечное отношение к одному из учителей колонии…» и т. д. Те, кому известны были эти вводные комплименты раввину в благодарственном адресе барону Гинцбургу, разумеется, изумлялись, читая спустя некоторое время о том, как те-же колонисты негодуют против раввинского произвола!... Было чему удивляться! Это удивление нашло себе отражение в печати… И что-же оказалось?.. Крепс (зри об этой истории № 2211 «Южной России» за 1903 г.), составляющий адрес и внесший в него дифирамбы собственной персоне, искусно эти приписки «проглатывал», когда читал колонистам текст адреса, предлагая подписывать!... К великому конфузу Крепса колонисты опубликовали urbi et orbi, что никаких дифирамбов Крепсу никогда не пели, что дифирамбы пел сам Крепс, без их согласия и ведома!... Тем не менее всем известно, что, появившись на одесском горизонте, Крепс усиленно распространял слухи о тех симпатиях, какими он пользовался в колониях, и ссылаясь на адрес… Благо история с адресом, которая чуть-чуть не попала в судебно-криминальную хронику, не всем известна… Особенно масса, не читающей, интересующейся только собственным гнездом… ІІ. Вслед за страничкой из истории Крепса, только что приведенной, следует страничка еже более любопытная. История о том, как Крепс одно время вторгнулся в ряды сионистов, проявил горячий темперамент и «беззаветную преданность сионистской идее», и что из сего вышло. Это было незадолго до раввинских выборов в Николаеве. В колониях его репутация треснула по всем швам, быть снова избранным не было